Баннер: Правительство Республики Крым Баннер: Министерство культуры Республики Крым Баннер: Минкультуры России Баннер: Культура.РФ Баннер: «Культура. Гранты России» Баннер: Карта гостя Крыма и Севастополя Баннер: Памятные  даты  военной  истории  Отечества

Ирина Плужник, зав. отд. экспозиций Массандровского филиала КРУ «АДПМЗ»
Массандровский дворец впервые открыл свои двери перед посетителями 22 года назад, в июне 1992 г., повторив путь, типичный для других южнобережных дворцов-музеев в Алупке и Ливадии: санаторий, государственная дача, музей.  В относительно непродолжительной истории музея было многое: поиски своего пути, борьба за внимание туриста, изменение экспозиционной концепции, непростая организация экскурсионной работы, споры, сомнения и творческие удачи.  За эти годы, из некогда малоизвестного музея в окрестностях Ялты, Массандровский дворец Александра III стал одним из известнейших брендов нашего полуострова.

0001

Экспозиция любого музея рождается непросто. Чаще всего – в муках творческих, организационных, административных. Музейная экспозиция – это не только показатель успешного развития музейного учреждения, не только основа музейной коммуникации. Это – синтез науки, искусства, специфический музейный образ. А еще – это живая музейная среда, способная надолго оставить  память не только об удачах своего создателя – экспозиционера, но и его ошибки. У каждой экспозиции своя история, свои особенности. Как отпечатки пальцев они уникальны в каждом музее. Каждая экспозиция хранит свой неповторимый «кусочек вечности».
Своя уникальная история есть и у экспозиции Массандровского дворца-музея. Музею в Массандровском дворце повезло: став филиалом Алупкинского музея-заповедника, он получил и возможность использовать предметы из его фондов,  выступая в роли «музейного реципиента».
История создания музейной экспозиции и нереализованные планы «девяностых»
Организации музея в  Массандровском дворце – бывшей госдаче, спец. объекта №3, предшествовало движение реституции (возвращение объектов культурного наследия народу), инициированное бывшим президентом СССР М. Горбачевым. Первоначально, уже «на закате» советской власти, в дворцовом здании планировалась организовать филиал Государственного Эрмитажа и использовать музейные площади для временных экспозиций. Осуществить замысел помешало отсутствие финансирования, распад Советского Союза.  После межведомственных споров и баталий в прессе, в соответствии с Постановлением Совета Министров Крымской АССР от 19.12.1991 г. №300, комиссия  под председательством Пересунько В. П. – начальника управления культуры Совета Министров Крымской АССР осуществила передачу на баланс Управления культуры Совета Министров Крымской АССР здание дворца Александра III с общей площадью 966 кв. м.
В 1989 г. были изложены основные положения  концепции по музеефикации дворца, экскурсионной деятельности.  Создание музея в стенах здания осложнялось тем, что дворец, реконструированный  по проекту видного зодчего XIX столетия — М. Месмахера,  после смерти царственного заказчика Александра III не был обжит семьей нового монарха  Николая II.
Профиль дворца-музея был определен как художественно-архитектурный, что определила архитектоника здания и специфика коллекций из фондов Алупкинского дворца.
На 3-ем этаже дворцового здания, в залах с простой отделкой, рекомендовалось развернуть стационарную выставку «Крым в рисунках и фотографиях из личных коллекций Воронцовых и Романовых».
В создаваемой экспозиции  парадных залов  1-го этажа предполагалось использовать 400 ед. хранения основного фонда на площади 170 кв.м.   В жилых комнатах царской семьи, согласно научной концепции, с 1991 г. планировались реставрационные работы «по воссозданию убранства интерьеров в их первоначальном облике», т.е. фрески потолков и стен, цветные витражи веранды, окон и дверей верхней прихожей.
0014 0015
Дворец в новом музейном статусе, как филиал Алупкинского государственного дворцово-паркового заповедника, готовился принять посетителей уже летом 1990 г.  Входная плата в ценах 1990 г. на экспозицию парадных залов и стационарную выставку 3-го этажа должна была составить 20 коп. Предполагаемое количество посетителей  было весьма смелым – 150 тыс. человек в год, однако это соотносилось  с масштабом цен «перестроечного периода» СССР, массовым «наплывом» отдыхающих на ЮБК. Открытие Массандровского филиала, как указывалось в концепции создания музея, «вызовет несомненный интерес в стране и среди интуристов, поможет разгрузить посещаемость Алупкинского дворца-музея, введет в оборот его фондовые экспонаты, будет способствовать делу туризма на ЮБК и увеличению доходов города в инвалютных рублях».   Через несколько лет положения первой концепции создания Массандровского дворца-музея скорректировало время, новые политические события, новые экономические реалии.
Мемориальность либо «памятник эпохи историзма»?
Массандровский дворец-музей пришлось создавать буквально на пустом месте. Это объяснялось тем, что с 1948 по 1989 г.г. здание использовалось как госдача, все сведения о нем отсутствовали. О восстановлении мемориальности говорить было сложно: царская семья после смерти Александра III дворец не обжила, комнаты не были меблированы, не сохранились чертежи архитектора М.Е. Месмахера, сведения о художниках-декораторах, создавших уникальную отделку помещений.  Стоял выбор формирования образа некоего мемориального пространства, лишенного живого присутствия либо создания своеобразного памятника «эпохи историзма». Экспозиционеры остановились на втором варианте, выбрав путь создания дворцового интерьера второй половины XIX в. Задачу создания экспозиции облегчала сохранившаяся уникальная отделка интерьеров парадных и жилых залов. Богатые фонды Алупкинского дворца-музея позволили создать совершенно новый музей.
В 1990-1991 г.г. сотрудниками Алупкинского музея-заповедника – Галиченко А. А., Пальчиковой А.П.  была проведена большая работа по сбору материала для развертывания экспозиции в Массандровском дворце, созданию экскурсионного маршрута и текста.  Сотрудники были командированы в архивы и музеи  Москвы, С.–Петербурга: в отдел письменных источников  ГИМ, ЦГИА, ГА АРК, в архив музея Высшего художественно-промышленного училища им. В. Мухиной, музей Академии художеств.  Существенную помощь оказали прямые потомки архитектора Месмахера, его внук Ярослав Кондиайн и правнуки Михаил и Олег Кондиайн, научные сотрудники кафедры истории искусств училища им. В. Мухиной.
Для создания экспозиции были отобраны 262 ед. хранения основного фонда.   Предметный ряд составили произведения живописи, декоративно-прикладного искусства, фарфор, стекло, скульптура, мебель. Отобранные экспозиционерами А. П. Пальчиковой, А. А. Галиченко, Г. Г. Филатовой музейные предметы соответствовали стилевым особенностям интерьеров и их функциональному назначению. Сотрудники избегали использования «Воронцовского фонда». В основном были отобраны экспонаты, некогда принадлежавшие членам царской семьи и находившиеся в их южнобережных имениях, а также артефакты, связанные со вкусами и увлечениями Романовых. Некоторые предметы были переданы в Алупку еще в 1920-х г.г. из имения «Ливадия», часть произведений поступила в тот же период из Государственного музейного фонда и крупнейших музеев Москвы и Петербурга.
Тогда никто еще не предполагал скорого крушения Советского Союза, неопределенности статуса полуострова, полного отсутствия финансирования в сфере культуры в начале 1990-х г.г. Так, например, главный хранитель Алупкинского музея-заповедника  в то время – Скрылева Л. Ф.  буквально «добывала» упаковочный материал, транспорт для перевозки в различных учреждениях Ялты и Алупки.
От открытия – к популярности
Массандровский дворец в новом музейном статусе торжественно открылся 18 мая 1992 г., первых посетителей музей принял 1 июня 1992 г. Музеефицирование Массандровского дворца было основано  на ансамблевой экспозиции, связующим звеном которой выступили стилистические особенности экспонатов.  В соответствии с тематической структурой, музейные предметы были объединены в экспозиционные комплексы, научными сотрудниками был создан «музейный образ» загородного дворца рубежа XIX-XX в.в.  В каждом  зале определилась своя доминанта — основной зрительно выраженный стержень, ведущие темы, наиболее аттрактивные комплексы (например, сервиз мануфактуры «Мейсен» на столе в  Парадной столовой, часть мебельного гарнитура из мастерской Василия Штрома в Кабинете Его Императорского Величества) либо отдельные предметы, т.е. все, что помогало создать облик экспозиционного зала, первое впечатление от него и определяло порядок осмотра. 
Массандровский дворец в 1990-е г.г. вызывал неизменный интерес у посетителей, несмотря на  недостаток рекламы,  «нерастиражированность» бренда дворца-музея, недоступность интернета для большинства посетителей в то время.  Интерьерная экспозиция удачно «работала» на восприятие рядового посетителя.
0002
Коррекции, внесенные новыми реалиями
В  2002-2004х г.г. в экспозиции Массандровского дворца была проведена значительная реэкспозиция. Причиной этому послужили статьи в СМИ о возможной смене формы собственности ряда южнобережных музеев. Ситуацию осложняла удаленность Массандровского филиала от главного учреждения – Алупкинского дворца на 30 км. В фондохранилище Воронцовского дворца были временно возвращены экспонаты 1-2-го этажей основной экспозиции музея, в том числе: А. П. Боголюбов «Морской пейзаж» («Праздник в Константинополе»)
Боголюбов    Морской пейзаж
М. А. Алисов «Дом, увитый глициниями», пейзажи Г. П. Кондратенко, чайный сервиз «Розовый» (Императорского фарфорового завода) из 16 предметов,
0003
напольные японские вазы из Парадной столовой, дельфтский фарфор.

Памятные поздравительные адреса к серебряной свадьбе Императора Александра III  по условиям хранения перенесли в застекленный шкаф  зала «Приемная Его Величества».
_09._Поздрави тельный адрес от немецкого общества
Взамен, для сохранения тематической полноты, в экспозиционные залы поместили менее аттрактивные (зрелищные) предметы декоративно-прикладного искусства, копии с графических листов  Леона Ноэля с картин Ф. К. Винтерхальтера, Ф. Крюгера  с изображением царственных особ: Императриц – Марии Александровны,  Александры Федоровны, Императора Николая I, на торцовых стенах ореховой арки «Кабинета Его Императорского Величества» нашли свое место предметы-копии с  произведений В. Маковского и Н. Сверчкова с портретами Марии Федоровны и Александра III . «Копийные» предметы были выполнены в другом масштабе, исходя из задач экспонирования. Безусловно, музейщики рисковали: следовало выдерживать единый стиль интерьера, избежать диссонанса с предметным рядом. Однако экспонаты научно-вспомогательного фонда тактично дополнили тематический комплекс, не нарушив смыслового содержания темы  и общей структуры экспозиции.
Временные экспозиции,  дальнейшая музеефикация
На 3-м этаже дворца, первоначально предназначавшегося  для царских детей, на площади в 120 кв. м. в 1990-х и начале 2000-х г.г. экспонировались стационарные выставки: «Крым в произведениях К. Боссоли», выставка произведений известных крымских художников – В. Цветковой, Ф. Захарова. Фотографии из архива генерала Н. Комстадиуса. Посещение выставки затрудняло то обстоятельство, что парадная лестница в юго-западной части дворца была без ремонта, в полуаварийном состоянии.  После ее капитального ремонта в середине 2000-х г.г. и возможности беспрепятственно подниматься на 3-й этаж музея, началась работа по созданию новой стационарной выставки «Как мы жили…Идеалы прошлого». В истории дворца, хотя и не обжитого царственными заказчиками,  переплетались разные периоды: «воронцовский», «царский», советский.  Научные сотрудники пошли по пути расширения музейной тематики. Благодаря тому, что в фондах Алупкинского дворца-музея с середины 1950-х г.г. хранилась коллекция произведений советского искусства, стало возможным развернуть новую выставку, посвященную творчеству украинских художников в 1940-50-х г.г   В восьми залах разместились  экспонаты, отразившие эпоху. Выставка «Как мы жили… Идеалы прошлого» вызывает неизменный интерес посетителей.
Массандровский филиал – провинциальный музей с экспозицией, созданной в академических музейных традициях. Ансамблевая интерьерная экспозиция,  корректируемая и дополняемая, прошла проверку временем.
0017 0016
Новая культурная парадигма и традиции провинциального музеяНеобходимый баланс
Тем не менее, наш музей – не застывшее собрание артефактов и тоже осуществляет интерактивные программы, однако старается ими не злоупотреблять, поскольку существует опасность утратить главные рекреационные функции музея – тишину, спокойствие, стабильность – то, что отличает музей от других институций современной культуры (кинематографа, Интернета и даже театра).  Сотрудники музея способствуют тому, чтобы рядовой экскурсант, попадая в музей,  ощутил «дух места», переосмыслил увиденное, просто смог спокойно созерцать, погружаясь в атмосферу конца XIX — нач. XX в.
В курортный сезон  2010 г. Массандровский дворец первым в Крыму осуществил новый интерактивный  проект совместно с хоровой мужской капеллой «Благовест» (РФ), введя в экскурсионный маршрут  живое хоровое пение так, чтобы оно дополняло и «украшало» музейную экскурсию. В начале курортного сезона 2013 г. для индивидуальных посетителей появилась возможность пользоваться аудиогидом по залам музея.  Подготовлен виртуальный тур в панорамах на 360° с полным обзором по экспозиционным залам и территории дворца.
Однако и наш провинциальный музей все чаще попадает в русло дискуссий о трансформации музейных функций, о том, что же такое музейная экспозиция в современных условиях – собрание раритетов,  учебное пособие или «художественный ребус»? Как противостоять музейным экспозициям, культуре «тиражированного китча», обезличивающего музей?  Выступления в прессе, специальных журналах разделяют музейщиков, историков, культурологов, искусствоведов на «традиционалистов» и «инновационистов». Как вписать традиции  нашего провинциального музея в новую культурную парадигму?
Новое поколение века информационных технологий, подверженное «гаджетомании» и легко оперирующее различными электронными устройствами, плохо запоминает предметный ряд экспозиции. Тинейджеров больше привлекает сам процесс создания того или иного экспоната, переживания мастера при создании того или иного произведения, нежели  исторический период создания музейного предмета либо его стилистические особенности. Музей – институция консервативная, медленно изменяющая свое информационное поле, поскольку экспозиция подает уже «устоявшуюся» в обществе информацию. Однако есть веские основания предполагать, что дальнейшее развитие  музейного дела пойдет в сторону заметного увеличения интерактивности экспозиций и широкого использования современных средств отображаемой информации.
Как же наш небольшой музей в экспозиционном пространстве может совместить пространство образов с пространством артефактов? Выход можно найти в балансе традиций и инноваций. Как вариант  для нашего музея – создание с помощью мультимедийных средств показа виртуальной экспозиции, где были бы представлены утраченные скульптуры, малые архитектурные формы, некогда составлявшие единый дворцовый ансамбль, виртуально воссозданные росписи стен и потолков дворца, цветные витражи окон и дверей, некогда украшавшие залы.
Отметим, что для реализации этих музейных проектов нужны средства, ясное понимание музейного сценария, согласованность действий научного коллектива и дизайнеров. Думается, что это перспектива не столь близкого будущего.
Медленно, но неуклонно, функции музейной экспозиции будут меняться, в том числе, и у провинциальных музеев. Сегодня неуклонно внедряются новые информационные технологии, в музей приходят новые «эффективные менеджеры», само определение «музей» претерпело изменения. Чаще его формулируют так: «Музей – социальный институт сохранения, презентации и трансляции исторического, культурного и природного наследия». Музейные предметы уже не столько исследуются, сколько транслируют порождаемые им образы и смыслы. Лучшее – враг хорошего или все-таки – друг?  Это покажет время.