MENUMENU

Ю.Я. Арбатская

Попадая на северный парадный двор Воронцовского дворца, зритель оказывается очарован живописным видом на зубцы горы Ай-Петри, как будто повторяющей очертания диабазовой «Потемкинской скалы», называемой также «Лунным камнем».

Однако во времена Воронцовых эта композиция выглядела иначе и имела совсем другой семантический смысл. Перед «Лунным камнем» располагалась самая длинная и живописная на Южном берегу пергола, сплошь увитая плетистыми розами и ведущая от Азиатского павильона к «Меридову озеру» в Верхнем парке. Внутри перголы была проложена пешеходная дорожка. Розы эти упоминаются в путеводителе Монтадона, а посажены они К.Кебахом из сортов, поставленных директором Императорского Никитского ботанического сада Н.Гартвисом в Алупку.

Саму перголу и символ «Меридова озера» А.А. Галиченко связывает с сюжетами поэмы Томаса Мура «Лала Рук» (1817), обращая внимание на то, что Т. Мур был близко знаком с архитектором Э.Блором, и что его поэма была чрезвычайно популярной в семье Воронцовых.

«Лалла Рук» («Lalla Rookh. An oriental Romance»), написанная Т.Муром в 1817 году, принесла автору общеевропейскую славу. Современники ставили повесть в один ряд с экзотическими поэмами Байрона, а самого Мура причислили к живым классикам.

Произведение состоит из прозаического текста и вставленных в него четырех стихотворных поэм: «Покровенный пророк Хорассана», «Рай и пери» («Пери и Ангел»), «Огнепоклонники» и «Свет гарема».  По сюжету бухарский хан Абдалла сватает в жены своему сыну Алирису  «тюльпанощекую» Лаллу Рук, дочь могольского правителя Индии Ауренгзета. Жених и невеста, по уговору родителей, должны встретиться и познакомиться друг с другом в Кашмире, и только после этого сыграть свадьбу. В прозаической части повести как раз и рассказывается об этом путешествии. Невесту сопровождает обширная бухарская свита, а вместе с ней находится молодой поэт Фераморс (под личиной которого скрывается ее жених). Он пользуется продолжительной поездкой, чтобы развлечь принцессу. Чтобы понять метафоры, использованные в Алупкинском парке, следует в двух словах описать сюжет поэмы «Пери и Ангел». Прекрасная юная фея (Пери) изгнана из Рая. Ни Луна, ни Земля, ни звезды и Солнце не прельщают печальную легкокрылую Пери, все ее помыслы только о возвращении в благоухающий и чистый Парадиз.  Тронутый ее светлой печалью Ангел утешает ее и дает совет: «…вина простится пери той, что принесет к воротам рая желанный небу дар святой. Смело ступай, тот дар добудь и в рай тебе свободен путь!». Но долгим и трудным оказывается путь к исполнению заветного желания. Пери приходится совершить три попытки, последовательно пролетев над Индией, Египтом и Сирией. Сначала она приносит к вратам Эдема каплю крови юного героя, павшего за свободу Отчизны, затем – последнее дыхание верных друг другу умирающих влюбленных. Оба эти дара принимаются небесами, но створки райских врат по-прежнему остаются недвижными: «Священней дар твой должен быть, чтоб светлый рай тебе открыть!». Пройдя через сомнение и отчаяние, Пери вновь пускается в путь, и, наконец, добивается успеха – добытая ей драгоценная, живительная слеза раскаявшегося грешника открывает перед ней врата Эдема.

Пергола из роз в Верхнем парке знаменовала собой, по-видимому, полет Пери, а может быть праздник роз в Кашмире, описанный в четвертой поэме «Лаллы Рук». Либо, поскольку речь идет все-таки о Пери, можно предположить, что это метафора к сцене прощания Пери с земными цветами и растениями перед возвращением в Рай. В любом случае, пергола являлась символическим путем, соединяющим древний Египет с Ближним Востоком и Индией.

Вернемся на «брега полуденной Тавриды». «Меридово» озеро в тексте поэмы — это озеро в Египте, где правит царь Мерид. Подобие пирамидальных камней в Зале фонтанов и на «Меридовом» озере точно говорит о знаменитых египетских пирамидах в поэме «Пери и Ангел». Остановимся на некоторое время у озер. Величаво спокойствие воды, чудесны тени нависающих деревьев и скалы-пирамиды, белый лебедь плавно скользит невесомым облаком. Их колеблющиеся отражения, словно смутные воспоминания, бегут по зеркальной глади и исчезают среди разбросанных повсюду скал.

Нет ни одного сада, где бы ни присутствовала вода или ее метафора (японский сад камней, сухой ручей). В Алупкинском парке вода — один из главных героев поэмы. Богатство водной метафоричности неисчерпаемо. Вода — это жизнь и душа, вода — это эмоциональность пространства, его голос, вода — это связь с другими стихиями, вода — это зеркало и источник самосозерцания, вода — это чистота. Наконец, как было уже сказано, вода — это метафора потока и времени. «Река времени» включает трагическую ноту ухода, утраты, безвозвратности, что характерно для такого романтического парка как Алупкинский.